Доброе слово

Каждый человек видит в других то, что в опыте духовном познал в себе самом, поэтому отношение человека к ближнему есть верный показатель достигнутой им степени самопознания.

Преподобный Силуан Афонский

Надо уметь жить и пользоваться жизнью, опираясь на то, что есть в данный момент, а не обижаясь на то, чего нет. Ведь времени, потерянного на недовольство, никто и ничто не вернет.

Священник Павел Флоренский

Батюшка, помолитесь за меня». Что не так с этой просьбой?

«Если тебе что-то по-настоящему нужно от Бога, ты с Ним об этом поговори», — считает протоиерей Алексий Уминский. «Правмир» публикует фрагмент презентации его книги «Книга о молитве. Тяжесть правила или разговор с Отцом?», которая вышла в издательстве «Никея».
 
«Готовы ли вы к смирению, которое просите?»
— Вы писали, что мы приходим к Богу со стандартными пожеланиями, как к Новому году — здоровья, счастья, успехов в личной жизни. Если мы к Богу относимся как к Отцу, разве не можем с такими просьбами обращаться?

— Можем. Конечно, можем. Даже в книжке у меня есть такая фраза: если тебе что-то по-настоящему нужно от Бога, ты с Ним об этом поговори.

Если ты читаешь в молитве о смирении, терпении — а уверен, что тебе нужно смирение и терпение? Ты уверен в том, что ты говоришь в этих словах, которые в молитвослове переведены, там же много всего такого благочестивого мы просим, великого, тебе всерьез это нужно или тебе деньги сейчас нужны? Если тебе деньги сейчас нужны, ты лучше денег попроси.

Вы же с сарказмом эту фразу построили.

— Когда для человека нет самого Бога и Отца, тогда он просит у кого-то другого, ему сам Бог не интересен.

Потому что если мой сын ко мне обратится как к отцу и нужна будет помощь в деньгах, я, конечно, ему дам. Это же совершенно естественно, родители помогают своим детям, но для этого нам нужны эти отношения.

— Когда подхожу к иконе, мне хочется попросить чего-то личного, а у меня страх, думаю: «Я с какими-то бытовыми вопросами, так нельзя, это некрасиво, это очень плохо».

— Можно попросить, просто обращайся к Отцу, а не к какому-то неизвестно чему. У вас должны быть эти отношения. Если вы просите что-то у Отца, то вы просите что-то у Отца. Какая разница, что вы просите?

Если вы просите у Отца каких-то вещей уже более серьезных, то вы должны за это тоже отвечать. Потому что мы все просим каких-то великих вещей — смирения, терпения, целомудрия, смиренномудрия и так далее. Действительно нам это нужно или нет?

«И знай, — пишет авва Дорофей, — когда ты просишь у Бога: «Господи, дай мне смирения», то ты просишь, чтобы Господь послал тебе человека, который тебя обидит, унизит и оскорбит». Вот. Мы когда ходим смирения, мы что хотим?

Мы хотим заснуть гордыми, а проснуться смиренными, чтобы само по себе это получилось, а так не